Море было покрыто людьми: катастрофа "Адмирала Нахимова"


Admin Published 2 months ago

«Что же вы делаете? Мы же идем на столкновение»

33 года назад, 31 августа 1986 года, в Советском Союзе произошла крупнейшая катастрофа в истории отечественного пассажирского флота, которая станет известна как столкновение в Цемесской бухте. В 13 км от морского порта Новороссийска столкнулись восьмипалубный пароход «Адмирал Нахимов» и сухогруз «Петр Васев».

На борту парохода находились 1243 пассажиров и членов экипажа. Граждане девяти союзных республик наслаждались семидневным круизом по Черному морю. Вечером 31 августа «Адмирал Нахимов» следовал из Новороссийска в Сочи. Командование парохода знало, что недалеко от порта корабль должен будет разойтись с сухогрузом.

«Вы можете нас пропустить, у нас на борту 1000 туристов и наш курс 160 градусов», — обратился по радиосвязи экипаж парохода к сухогрузу в 23.00. «Идите!», — ответили в рубке «Петра Васева». Было решено, что пароход не будет менять курс и сбавлять обороты.

Капитан «Петра Васева» Виктор Ткаченко рассчитывал, что сухогруз также не станет менять курс и скорость движения, и два судна разойдутся на расстоянии чуть меньше километра.

В это время в рубке «Адмирала Нахимова» второй помощник капитана Александр Чудновский посчитал, что сухогруз приближается на опасное расстояние и, не доложив о своем решении начальству, стал постепенно поворачивать пароход на малые углы. 56-летний капитан судна Вадим Марков ушел с капитанского мостика к себе в каюту еще до того, как суда должны были разминуться, хотя не имел на это права.

Позже пожарный матрос с «Нахимова» Геннадий Царев будет вспоминать этот момент: «Мы постепенно сближались, наш помощник (Чудновский) говорил: «Что же вы делаете? Мы же идем на столкновение». Капитан «Васева» в ответ уверял, мол, не волнуйтесь, разойдемся. Наш помощник начал делать самостоятельные отвороты, никого не предупреждая. Потом опять говорит в эфир: «Мы же идем на столкновение». Затем сделал еще один поворот и в результате повернул «Нахимова» боком к «Васеву».

По свидетельствам очевидцев, капитан Ткаченко в этот момент полностью положился на показания компьютерной техники. «Ткаченко отлично в электронике разбирался, был очень увлечен техникой и полностью ей доверял. Но компьютеры программируют люди, которые могут ошибаться, прибор показывал, что суда нормально расходятся», — рассказывал 30 лет спустя режиссер-документалист Валерий Тимощенко, который освещал трагедию в качестве корреспондента краевой молодежной газеты.

Роковое столкновение

Когда на капитанский мостик сухогруза прибежал впередсмотрящий и закричал, что прямо по курсу «пассажир», Ткаченко воскликнул: «Этого не может быть!». «Петр Васев», что вы делаете? Немедленно работать назад!», — закричал Чудновский.

Капитан сухогруза скомандовал «Средний назад» и почти сразу «Полный назад», однако «Васев» за семь минут смог снизить скорость лишь на пять узлов (9,26 км/ч), в то время как пароход скорость вообще не сбрасывал - она составляла около 22 км/ч.

В 23:12 сухогруз на скорости 10 км/ч врезался в правый борт пассажирского парохода. «Васев» буквально протаранил «Нахимова»: бульб сухогруза под водой пропорол обшивку парохода от седьмого до десятого водонепроницаемого отсека.

Позднее специалисты установят, что площадь пробоины была равна средней трехкомнатной квартире — 84 кв м. Пассажиры, которые в этот момент находились на правой палубе, почувствовали два сильных толчка и отбежали. Тем не менее большинство из людей в первые минуты не поняли, что произошла катастрофа. Пароход между тем стремительно погружался под воду. Спустя 20 секунд после столкновения затопило энергетическую установку, из-за чего на корабле погас свет, пропала радиосвязь и судном стало невозможно управлять.

Капитан Марков выскочил из каюты и приказал матросам голосом объявлять тревогу, готовить к спуску спасательные шлюпки и плоты. Однако вода настолько быстро заполняла корабль, что спускать шлюпки стало невозможно: экипаж успел спустить на воду лишь одну шлюпку с левого борта.

Оставалось сбрасывать в воду самораскрывающиеся спасательные плоты. Матросы и ученики Одесской мореходной школы, которые проходили на пароходе практику, смогли спустить 32 из 48 плотов вместимостью от 10 до 32 человек. Дело в том, что часть из них была привязана проволокой, и команда не успела открепить плоты.

В это время ведущая вечеринки на одной из верхних палуб обратилась к пассажирам и попросила всех перейти на левый борт — чтобы выровнять корабль. Однако это не помогло. Вскоре пароход накренился на правый борт и люди начали слетать с корабля в воду.

На борту началась паника, люди пытались пробиться к спасательным шлюпкам. Когда на корабле погас свет, старший механик Герман Юркин побежал вниз, чтобы включить аварийное освещение. Хотя свет горел недолго, многие смогли сориентироваться и понять, куда бежать, но большинство пассажиров, которые в этот момент находились на нижних палубах или спустились туда, чтобы помочь другим, погибли. Так, стармех Юркин не смог выбраться с тонущего корабля.

К моменту столкновения взрослые уже уложили своих детей спать и, заперев каюты, пошли на концерт на верхней палубе, посвященный Дню шахтера. Бортпроводница Вера Федорчук побежала за запасными ключами, чтобы открыть каюты, но также не смогла выбраться — ширина коридоров на корабле не превышала 120 см. Позднее водолазы обнаружили тело 28-летней девушки, в руке у нее была сжата связка ключей. Многие дети утонули, поскольку не смогли выбраться из кают.

Еще одна стюардесса Татьяна Федорова, по рассказам очевидцев, до последнего момента стояла на палубе и раздавала обезумевшим пассажирам спасательные жилеты. Она также погибла.

Люди падали с палубы корабля в пятно мазута в море

Из поврежденных баков «Нахимова» в воду начало выливаться большое количество топлива. На поверхности моря оно образовало толстую маслянистую пленку, которая сильно сковывала движения в воде. В хранилищах на носу у сухогруза «Васева» хранилось много краски, которая при столкновении также вылилась в воду. Некоторые из пострадавших смогли выбраться на берег, но погибли позже, потому что нахлебались отравленной воды.

«Под водой я плыл наугад. Мне повезло, что плыл в противоположную сторону от корабля, иначе, просто затянуло бы в воронку. Каждый раз мне приходилось нырять глубже, чтобы не натыкаться на других пассажиров, которые в панике могли бы потянуть на дно. Таким способом на ощупь, мне удалось добраться до перевернутой шлюпки, которая вместе с другими вещами слетела с «Нахимова».

За нее уже держалось несколько пассажиров. Остальным, кто плавал рядом, я помогал добраться до нас. Таким образом, почти 40 пассажирам удалось продержаться в воде в течение нескольких часов и дождаться спасателей», — вспоминал Леонид Тоюнда, который в то время руководил отделением Госбанка СССР в городе Ровно и отправился в круиз без жены и детей. Спустя неделю после пережитого 38-летний мужчина полностью поседел.

Одним из первых на помощь пострадавшим пришел лоцманский катер, проходивший неподалеку. Именно экипаж этого судна первым сообщил о столкновении двух судов. Капитан катера вспоминал, что когда они подплыли на место, то не увидели воды — вся поверхность была покрыта людьми, которые хватались за любые предметы в надежде спастись.

Все эти события произошли всего за восемь минут после столкновения — вскоре «Нахимов» полностью ушел под воду. Капитан Марков находился на мостике до последнего, пока вода не выбросила его за борт. Второй помощник Александр Чудновский добровольно решил остаться на корабле навсегда — отправился в свою каюту и запер дверь.

Около 500 человек смогли залезть на сброшенные плоты, остальные пассажиры с членами экипажа были вынуждены держать на поверхности воды и ждать подмоги.

Трагическая судьба выживших капитанов

В спасательной операции участвовало 64 судна Новороссийского порта, Черноморского флота и Морпогранохраны. Кроме того, к месту крушения на веслах направились курсанты мореходного училища и рыбаки. В 23:40 сухогруз «Васев» на малом ходу подошел к месту скопления людей, с палубы пострадавшим бросали канаты, веревочные лестницы, спасательные круги и жилеты.

На борт смогли взобраться около 37 человек — многие люди были настолько обессилены и испачканы в скользком мазуте, что срывались обратно в воду. В результате катастрофы погибли 423 человека — 359 пассажиров и 64 члена экипажа.

Уже на следующий день прокуратура возбудила уголовное дело в отношении капитанов двух судов. Ткаченко и Маркова признали виновными в нарушении правил безопасности движения и эксплуатации транспорта и приговорили к 15 годам лишения свободы в 1987 году. Спустя пять лет президенты России и Украины помиловали обоих капитанов.

По словам руководителя фонда, созданного для социальной защиты пострадавших в той катастрофе людей и родственников, Наталии Рождественской, наказания, хотя и не такие строгие, понесли и чиновники. Министра морского флота СССР Тимофея Гуженко отправили в отставку - тем не менее официальной причиной стал выход на пенсию по состоянию здоровья.

"Начальник Черноморского пароходства, начальник службы безопасности мореплавания пароходства, директор Одесского бюро путешествий уволены с занимаемых должностей и исключены из рядов КПСС, что в те времена было равносильно полному закату карьеры", — добавила Рождественская.

Капитан Вадим Марков вернулся в Одессу и работал в Черноморском пароходстве. Его преследовала «слава» человека, погубившего пассажирский пароход. Несколько раз он менял место жительства, чтобы избежать преследований родственников погибших, но не эмигрировал.

Виктор Ткаченко после выхода из колонии тоже вернулся жить в Одессу, однако родственники погибших преследовали и его: звонили по телефону с угрозами, разбивали стекла в доме. По данным Рождественской, мужчина сменил фамилию и переехал с семьей в Израиль. В сентябре 2003 года яхта, которой он управлял, потерпела крушение вблизи канадского острова Ньюфаундленда. Вместе с ним погибли еще два члена экипажа.